СФР сам назначил пособие, а потом потребовал вернуть 856 тысяч рублей: Верховный Суд отказал во взыскании

25 августа 2026 года Верховный Суд РФ сообщил о деле многодетной семьи из Краснодарского края.

Региональное отделение Социального фонда потребовало взыскать с многодетной матери около 856 тыс. рублей ежемесячного пособия в связи с рождением и воспитанием детей.

Причина — при назначении выплаты не был учтен заработок супруга.

После включения этих доходов в расчет оказалось, что среднедушевой доход семьи превышал установленный критерий нуждаемости.

На первый взгляд позиция Фонда выглядела простой:

права на пособие не было → деньги выплачены без достаточного основания → их нужно вернуть.

Три судебные инстанции именно с этим и согласились.

Верховный Суд — нет.

Что произошло

Многодетная мать подавала заявление о назначении пособия в электронной форме через Госуслуги.

Она указывала, что внесла все сведения, которые требовала электронная форма.

Информация о работе и доходах супруга не была отражена, поскольку соответствующие поля в электронной форме, по доводам женщины, не отображались.

Несмотря на это, заявление прошло проверку.

Пособие было назначено.

Деньги выплачивались в течение продолжительного времени.

Лишь позднее Социальный фонд установил, что при определении среднедушевого дохода не был учтен заработок мужа.

После этого уже выплаченные суммы Фонд потребовал вернуть как неосновательное обогащение.

Главный вопрос: кто отвечал за проверку сведений

Именно здесь Верховный Суд изменил подход к делу.

Как следует из официального сообщения ВС РФ от 25 августа 2026 года, нижестоящие суды не учли бездействие самого пенсионного органа.

Фонд, принимая решение о назначении пособия:

— не в полной мере проверил правильность полученных сведений;

— своевременно не запросил дополнительную информацию;

— мог вернуть заявление на доработку и указать, какие сведения необходимо скорректировать.

То есть государственный орган не был пассивным получателем анкеты.

На нем лежала собственная обязанность проверить сведения, от которых зависело право семьи на пособие.

Это особенно важно при электронной подаче заявления.

Госуслуги — не бумажная анкета

Когда заявление подается через государственную информационную систему, сам гражданин не определяет структуру формы.

Он видит те поля, которые предусмотрены сервисом.

Часть сведений вводится вручную.

Часть подгружается автоматически.

Часть государственный орган должен получить в рамках межведомственного взаимодействия.

Поэтому в споре недостаточно сказать:

«получатель не сообщил сведения».

Нужно установить:

запрашивала ли электронная форма эти сведения вообще;

обязан ли был заявитель вводить их самостоятельно;

мог ли и должен ли СФР получить их из других государственных информационных систем;

что сделал Фонд, когда информации оказалось недостаточно.

Правила назначения единого пособия предусматривают именно такую модель.

Постановлением Правительства РФ от 16 декабря 2022 года № 2330 установлен механизм межведомственного получения документов и сведений.

А при выявлении неполной или недостоверной информации заявление может быть возвращено на доработку с указанием того, что именно необходимо исправить.

В рассматриваемом деле этот механизм своевременно использован не был.

Почему уже выплаченное пособие нельзя взыскивать автоматически

Есть и второй уровень защиты.

Подпункт 3 статьи 1109 ГК РФ устанавливает специальное правило для пенсий, пособий, стипендий, алиментов и иных денежных сумм, предоставленных гражданину как средства к существованию.

По общему правилу они не подлежат возврату как неосновательное обогащение при отсутствии:

— недобросовестности получателя;

— счетной ошибки.

Это означает, что между выводами:

«пособие было назначено неправильно»

и

«получатель обязан вернуть деньги»

нет автоматического знака равенства.

Нужно установить причину переплаты.

Если гражданин сознательно сообщил ложные сведения или скрыл информацию, которую обязан был раскрыть, вопрос может решаться иначе.

Если же выплату назначил сам государственный орган после проверки заявления, а затем выяснилось, что орган не запросил необходимые сведения и не воспользовался процедурой доработки, одной констатации переплаты недостаточно.

Добросовестность получателя имеет значение

Верховный Суд и ранее обращал внимание на то, что добросовестность гражданина, получающего социальные выплаты, презюмируется.

Тот, кто требует возврата денег, должен доказать обстоятельства, позволяющие отступить от защиты, установленной ст. 1109 ГК РФ.

Поэтому в подобных делах важно не только установить математическую сумму переплаты.

Нужно доказать поведение самого получателя.

Знал ли он об ошибке?

Сообщал ли заведомо ложные сведения?

Скрывал ли информацию, которую обязан был предоставить?

Была ли у него техническая возможность указать ее в электронной форме?

Без ответа на эти вопросы взыскание социальных выплат может оказаться необоснованным.

ВС уже обращал внимание на ошибки СФР при электронных заявлениях

В феврале 2026 года Верховный Суд рассматривал другой спор о едином пособии.

В Определении от 9 февраля 2026 года № 75-КГ25-4-К3 Суд анализировал ситуацию, когда орган СФР не получил необходимые сведения при обработке заявления.

ВС обратил внимание на предусмотренные законодательством механизмы:

межведомственный запрос;

продление срока при непоступлении сведений;

возврат заявления на доработку.

Фабула того дела отличалась: спор шел об отказе в назначении пособия и компенсации морального вреда.

Но общий подход совпадает.

Ошибки в государственной процедуре нельзя автоматически перекладывать на гражданина.

Что решил Верховный Суд

По официальному сообщению Верховного Суда РФ от 25 августа 2026 года Судебная коллегия по гражданским делам отменила судебные акты трех нижестоящих инстанций.

В удовлетворении требований Социального фонда о взыскании с многодетной матери около 856 тыс. рублей отказано.

Это существенно.

ВС не направил дело на новое рассмотрение для повторного выяснения вопроса о возврате.

Требование Фонда отклонено.

Но решение нельзя читать слишком широко

Из позиции Верховного Суда не следует:

«если СФР когда-либо перечислил пособие, вернуть его нельзя ни при каких обстоятельствах».

Если будет доказано, что получатель сознательно сообщил ложную информацию или скрыл обязательные сведения, вывод может быть другим.

То же касается счетной ошибки.

Поэтому ключевой вопрос в каждом подобном деле:

почему возникла переплата и кто несет ответственность за ее возникновение?

Что проверять, если СФР требует деньги назад

В споре о возврате пособия важны:

— само электронное заявление;

— версия электронной формы на дату его подачи;

— перечень сведений, которые гражданин должен был указать самостоятельно;

— сведения, которые СФР обязан был запросить межведомственно;

— результаты таких запросов;

— уведомления Фонда;

— возвращалось ли заявление на доработку;

— доказательства предполагаемой недобросовестности;

— характер ошибки, которую СФР называет основанием переплаты.

Главный вывод

Государственный орган вправе проверять нуждаемость семьи и отказывать в пособии, если предусмотренные законом условия не выполнены.

Но он обязан сделать это до назначения выплаты надлежащим образом.

Если Фонд имел возможность проверить сведения, запросить недостающую информацию либо вернуть электронное заявление на доработку, но этого не сделал, последствия собственной ненадлежащей проверки нельзя автоматически превращать в долг добросовестного получателя.

Источник: официальный сайт Верховного Суда Российской Федерации, сообщение от 25 августа 2026 года «ВС РФ защитил многодетную семью от взыскания неосновательного обогащения из-за ошибки пенсионного фонда», новость № 37454:

https://vsrf.ru/news/37454/

Сноска: в официальной публикации Верховного Суда от 25 августа 2026 года номер определения Судебной коллегии по гражданским делам не указан. После опубликования полного текста судебного акта отдельные детали правовой позиции и фактических обстоятельств могут быть дополнены. Вывод ВС не исключает возможность взыскания социальных выплат при доказанной недобросовестности получателя или счетной ошибке.

Данная статья выражает мнение юриста и не препятствует руководствоваться нормами законодательства РФ в понимании, отличающемся от трактовки, изложенной в данной статье.